Атаман. Гексалогия - Страница 311

311

Я подскакал, постучал в ворота. Вышедшему холопу бросил:

– Пойди, доложи боярину – гость к нему, боярин Михайлов.

Холоп убежал; вскоре хлопнула дверь дома, холоп открыл ворота, и я, ведя лошадь в поводу, зашёл во двор. Холоп принял лошадь, я же направился к крыльцу. На нижней ступеньке стояли Никита и жена его, которая преподнесла мне корец со сбитнем. Поздоровавшись, я принял корец с горячим сбитнем, выпил, крякнул и перевернул, показывая, что тот пуст.

– Хорош сбитень!

Мы с Никитой обнялись, как старые знакомцы. Никита под ручку проводил меня в дом.

Встреча гостей – особый ритуал. Нельзя и себя унизить и гостя обидеть. Не встретить гостя во дворе – оскорбить его, не преподнести корец вина или сбитня – обидеть. Коли гость выше хозяина по чину или род его именитее, так хозяин должен сойти с крыльца; хозяин ровня гостю – он стоит на ступеньках; принимает хозяин худородного гостя – встречает на самом крыльце.

И подобный ритуал существует для всего.

Войдя через невысокие двери, я повернулся в красный угол, осенил себя крестным знамением.

Меня усадили за стол. Как водится, поговорили о погоде, видах на урожай, войне с соседями‑схизматиками. Начинать разговор сразу о деле было признаком дурного воспитания.

Наконец Никита сказал:

– Я рад тебя видеть, но думаю – ты не только повидать меня приехал.

– Конечно! Тут вот какой интерес. Предполагаю, как лёд сойдёт, мост через реку поставить.

Никита изумился:

– Мы, конечно, с тобой знакомцы, но ежели повидаться охота, можно и лодкой переправиться – зачем мост?

Я рассказал о встреченном на дороге обозе.

Никита задумался.

– Ты уж прости меня, боярин, опять я чего‑то не понял: построим мы с тобой мост, сократят путники и купцы дорогу – нам‑то что с того?

– А вот что. Можно постоялые дворы поставить, трапезную. Люди не только зимой, но и летом ездить здесь будут, на ночь остановятся, покушают, лошадей покормят овсом или сеном – опять живая денежка в карман.

– Большие траты. Мост сделать, постоялый двор поставить – люди нужны, а прибыль получим не ранее зимы – почитай, почти через девять‑десять месяцев.

– Раньше. Коли мост поставим, поедут люди. Сам подумай – двадцать пять вёрст лишку сейчас едут, на подводах гружёных – это два дня. Для купца с товаром каждый день дорог, а уж если товар нежный…

Никита повернулся к жене.

– Накрой нам стол. Дело, чую, серьёзное намечается, просчитать надо.

Мы покушали, выпили кувшинчик петерсемены. Никита ел вяло – видно, просчитывал, стоит ли овчинка выделки.

– Нет, не возьмусь я за это дело.

– Почему? Даже твоим смердам в Вологду куда как сподручнее ездить летом будет – почти напрямую.

– Недоимка у меня, о прошлом годе неурожай был.

– Лес рядом, рабочая сила есть – мост недорого обойдётся.

– Нам с того моста прибыли не будет, коли постоялый двор не поставим. Значит, люди туда нужны, вино опять же покупать надо, винные ягоды не растут у нас.

– Пиво варить можно, яблочное вино делать, в конце концов – хлебное вино гнать.

– Э, брат, не то.

Не уговорил я его, с тем и уехал. Тяжёл Никита на подъём оказался.

Уже дома я стал прикидывать – получится у меня, ежели сам возьмусь? Лес есть, плотников мост сделать нанять можно. Постоялый двор тоже поднять можно – дороже конечно, чем изба, обойдётся: двор огородить, подклети, сараюшку для живности, конюшню. Свинину и курятину из деревни поставлять можно – вот и сбыт будет, в город на продажу не везти. Зерно выращивать, муку на мельнице молоть – вот и хлеб, пирожки.

О! Пару рыбаков заиметь надо – рыбка свежая к столу будет.

По деньгам – осилю. Всё упирается в людей.

Не откладывая в долгий ящик, я нанял плотников, расшевелил Андрея, и к весне недалеко от деревни, на дороге стоял постоялый двор. Вот только пустовал он пока. На реке ледоход, дороги развезло, и поток людей и грузов остановился. Да и были бы – нет холопов и хозяина на постоялом дворе. После ледохода можно и за мост приняться. Плотники, закончив с постоялым двором, заготавливали и свозили к реке брёвна. Холопов купить можно – кухарок или прислугу. Главная проблема – найти управляющего. Незнакомого поставить – воровать будет, прибыли не получишь. А знакомых у меня и нет.

Неожиданно выручил Андрей. Помявшись, он спросил:

– Похоже, постоялый двор будет?

– Конечно, ты же знаешь.

– А кто заправлять будет?

– Не знаю пока, думаю.

– Брат у меня есть единокровный, Семён. Тоже лоточником на жизнь зарабатывает, да нужду мает – семья большая, кормить‑одевать надо. Не возьмёшь ли, боярин? Он мужик проворный, работящий. Коли платить будешь, в лепёшку расшибётся.

Вот так, довольно неожиданно я приобрёл приказчика, а вместе с ним – и всю его семью в работники.

Теперь жена и старшая дочь Семёна управлялись на кухне, средний и младший сын – в трапезной на побегушках. Сговорились мы на оплате в третьей части выручки. Две трети мне, треть – ему на всё семейство. Негоже сажать работника на жалованье. Хочешь зарабатывать – крутись.

Тем временем плотники достраивали мост. Андрей, выпросив у меня денег, скупил по окрестным деревням поросят. Теперь, до сева, все холопы занимались выращиванием живности. Всё упёрлось в постояльцев, вернее, в их отсутствие. Ну не было людей, хоть умри. До меня дошло, в чём загвоздка. Так никто же не знает, что построен мост! Зимой ездили – моста ещё не было, а летом – продолжают ездить по проторенной дороге, в обход.

311